Дело Мулиной. Синегнойный аромат правосудия.

Прогресс очевиден

 5 сентября 2001 г. Валентина Мулина обратилась в 5-ю горбольницу г. Братска с жалобой на сильную боль в ушах. Врач Сенченко А.И. осмотрел больную и порекомендовал совершить операцию (между прочем платную). 11.09.2001 операция (меринготомия с шунтированием ушей) была проведена. Следует отметить, что если до медикаментозного вмешательства Валентину беспокоили только сильные ушные боли, то после к ним добавились, постоянное истечение гноя из ушей и резкое падение слуха. Мулина полностью оглохла на правое ухо и начинает глохнуть на левое. Валентине пришлось стационарно лечиться от последствий операции 13 (!!!) раз. Еще два раза ложиться под хирургический нож. И все это не помогло. Синегнойная палочка, которой Валентину заразили во время первого хирургического вмешательства – штука, ввиду низкой чувствительности к антибиотикам, чрезвычайно мерзкая. В настоящее время Валентине жизненно необходима еще одна операция (стоимостью около 100 тысяч рублей). Таких денег у Мулиной нет.

 Чужой           череп и странные даты

 Естественно, Валентина Мулина обратилась в суд с требованием возместить материальный и моральный ущерб. Естественно, в суде медики 5-й горбольницы утверждали, что никакого ущерба причинено не было, а все, от чего Мулина страдает  «так и было», а именно  «те осложнения, о которых говорит истица, являются следствием заболевания, которым страдает истица, а не лечения». Обосновывая свою позицию, эскулапы предъявили рентгеновский снимок чьей-то головы (по заверению медиков  головы Мулиной). Следует отметить, на фотографии были видны следы операция (разреза задней стенки правого уха). Именно такой операции Мулиной не делали. Впрочем, рентгена головы не делали тоже. Также врачами была приложена к делу карта стационарного больного (Мулиной), «заведенная» 28.08.2001. Интересно, что Мулина была помещена в стационар 10.09.2001, а значит, карта никак не могла быть заведена раньше этой даты. Кроме этого в разных документах, предоставленных больницей, стояли разные даты проведения операции. Автор далек от мысли о том, что все вышеописанное – это ляпы, возникшие в связи с грубой и поспешной фабрикацией документов, поэтому он не знает, какое объяснение можно дать этим «странностям».  Что же до суда, то он ознакомился со всеми предоставленными эскулапами манускриптами. Обозрел, предоставленное Мулиной  консультативное заключение врача Клиники болезней уха, горла и носа Иркутского медицинского государственного университета Шатурова А.Г. (в данном документе подробно описывались негативные последствия деяний медикусов из 5-й горбольницы) и вынес решение. Естественно, в пользу эскулапов. Суды кассационной и надзорной инстанций подтвердили данный вердикт. Ну что тут можно сказать. Автор не может допустить и тени мысли о том, что наши судьи, неподкупность которых известна всем, были финансово или как-то иначе мотивированны, однако вердикт суда все равно представляется ему малость странным, может быть даже пахнущим чем-то нехорошим.